Официальный сайт Главы Удмуртской Республики
и Правительства Удмуртской Республики
 
  • Сегодня:
  • Время:

Стенограмма брифинга врио Главы Удмуртии Александра Бречалова от 10 мая 2017 года

Александр Бречалов: Спасибо, что уделили время. Несколько дней назад был месяц, как я в должности исполняющего обязанности Главы УР. Мы изначально решили провести встречу с журналистами после 9 мая, так как это было ключевое и важнейшее мероприятие. Поэтому я перед вами и готов общаться.

Давайте два слова я скажу, что за этот месяц происходило, а происходило очень многое. Главным образом, надо было как можно быстрее погрузиться в повестку и, в первую очередь, в проблемы региона. Я не могу сказать, что полностью погрузился. Это, наверное, за месяц нереально, но по самым проблемным направлениям – бюджет, здравоохранение, дорожное хозяйство и транспорт – я уже вник.

Соответствующие и кадровые, и управленческие решения вы видите. Что касается здравоохранения и дорожного хозяйства, было принято решение вывести эти направления в казначейское сопровождение всех контрактов. Это означает, что специальная группа (если на пальцах объяснять) в составе Минфина будет дополнительно ещё со своей стороны проверять ценообразование, целесообразность проведения тех или иных работ по этим двум направлениям.

И понятно, что министр транспорта у нас уволился, и министр здравоохранения. К обоим у меня были, я считаю, обоснованные претензии. Если министр транспорта сам написал заявление об увольнении (понятно, в силу каких обстоятельств), то с министром здравоохранения мы попробовали поработать. Изначально ему были заданы несколько ключевых вопросов, в том числе, относительно оптимизации. Информация, которую предоставил министр, и информация, которую я снял с территорий, – они сильно расходились. Поэтому мы решили дальше не работать с Чуршиным.

Что касается бюджета, я уже говорил, выступая на сессии Государственного Совета, о том, что у нас есть проблемы с дисциплиной, с исполнением, с организацией бюджетного процесса. Несколько соглашений с Российской Федерацией нами были нарушены. Это, естественно, выводит республику в число явно не фаворитов и не передовиков. У нас из-за этого есть достаточно серьёзные проблемы с бюджетом. Вы знаете, что мы вследствие нарушения соглашений (с Минфином России) должны вернуть 14,6 млрд рублей. Понятно, что в текущем режиме это сделать очень сложно. Нет этих средств, что называется, на остатках. Надо брать кредиты в банках. Мы, совместно с Евдокимовым Станиславом Петровичем, провели переговоры в Министерстве финансов РФ.

Я благодарен Антону Германовичу Силуанову, что он пошёл нам навстречу. Уверен, мы пройдём этот момент максимально безболезненно для бюджета, с минимальными потерями. В дальнейшем, я надеюсь, нам удастся наладить дисциплину исполнения бюджета, и в качестве первоочередных мер – заместить коммерческие кредиты (их достаточно много, на их обслуживание мы больше трёх миллиардов тратим) на бюджетные кредиты. Я на этом, наверное, остановлюсь и предлагаю перейти к вопросам-ответам.

Григорий Глухов, ИА «Сусанин»: Вы встречались с крупным бизнесом Удмуртии. Какие предложения Вы готовите для предпринимателей, чтобы они регистрировались на территории Удмуртии?

Александр Бречалов: Спасибо за вопрос. У нас действительно серьёзная миграция предпринимателей в другие регионы. Связано это, в том числе, с работой Управления федеральной налоговой службы. С господином Горюновым мы встречались несколько раз. Ситуация по тем эпизодам, по тем предпринимателям, которые решили перерегистрироваться, неоднозначная, – я вам точно скажу. Я вник практически во все истории. Ну, у нас есть предприниматель, который практически вообще не платил налогов. К нему вышли с проверкой. Сначала была проведена профилактическая работа – он не внял в течение года. Вышла проверка, доначислила не очень большую сумму (опять же в целях профилактики) – он решил перерегистрироваться. С такими предпринимателями мы выстраивать отношения не будем, потому что мне бизнес ради того, чтобы он просто был прописан в республике, но при этом не платил налогов, не интересен.

Но есть и другие ситуации, когда действительно можно было дать какой-то период на изменение финансово-хозяйственной деятельности. Я думаю, что мы с руководителем УФНС это решим. Нам ещё предстоит адаптировать рабочий орган, который мы сейчас с ним создаём. По средним и крупным предпринимателям, когда будут возникать такие ситуации, я буду включаться сам, и мы вместе с УФНС будем рассматривать. Это что касается миграции.

Одно из главных направлений работы моей и правительства, и вообще всех чиновников Удмуртии – это должно быть развитие экономики. При благоприятном стечении обстоятельств, а именно – росте загруженности предприятий ВПК, неплохой ситуации в сельском хозяйстве и животноводстве, мы понимаем, что при этом серьёзными успехами в развитии малого бизнеса с появлением высокотехнологичных инновационных компаний и среднего бизнеса мы похвастаться не можем.

Мало того, я могу сказать, что мы не можем похвастаться объективно и в направлении привлечения инвестиций. Здесь, если не нулевая отметка, то «около нуля». Почему? Мы для себя это выяснили. 26 апреля мы вот в этом же зале встречались с руководителями бизнес-сообществ и для себя определили месяц работы, до Дня предпринимателя, до 26 мая, в течение которого я встречаюсь с каждым активом. И, как результат, мы должны сделать что? Первое – 26 мая мы с предпринимателями должны утвердить некую дорожную карту, которая позволит улучшить предпринимательский и инвестиционный климат, упростить процедуры вхождения инвестора в регион, актуализировать те программы поддержки, которые есть, и сделать акцент на более успешных. И наоборот, то, что у нас для галочки или для баланса, от этого избавиться.

26 мая для нас должен стать таким промежуточным итогом. В итоге мы выходим в июле-начале августа на Концепцию экономического развития республики, на Карту инвестиционных возможностей. И до этого времени мы должны упростить те процедуры, о которых я говорил. К примеру, если вы сейчас захотите в республику инвестировать, то вам потребуется от 45 до 60 дней на это и понадобится пройти до 10 инстанций (это, например, Агентство инвестиционного развития, дальше оно передаёт вас соответствующему министерству, а если проект находится на пересечении двух министерств – то и в то министерство). Но самое интересное, что вы по истечении 45-60 дней не вкладываете уже деньги в проект, вы только получаете бумагу, что вы этот круг прошли, и дальше ваш проект готовы выносить на экспертизу. Понятно, что сделано максимально всё для того, чтобы инвесторы в Удмуртскую Республику не шли.

Это не претензии к отдельным ведомствам, которые это делают. Мы работам вместе, но что-то можно сделать. Мы разработали модель Единого окна и для предпринимателей, которые работают в УР, и для потенциальных инвесторов. То есть некий фронт-офис, куда человек может обращаться, и его потом не переправят по другим инстанциям. Ответственное лицо во фронт-офисе собирает для него документы и помогает ему в кратчайшие сроки (пока мы не говорим ещё о времени, но это точно не более двух недель) получить все необходимые документы, понимание, экспертизы, аналитику и так далее. Мы должны стремиться к этому. Вот то, что мы должны получить к июлю в направлении экономики.

Ещё очень важный вопрос. У нас есть ассоциация «Развитие», туда входят главы предприятий, в основном военно-промышленного комплекса. Нам необходимо здесь объединить усилия. Потому что я начинаю вникать и вижу, что многие крупные предприятия размещают заказы, а получают заказы предприятия из других регионов. Я открыто заявляю, что разумная политика протекционизма будет присутствовать. Мы, естественно, должны поддерживать во всех отношениях тех, кто зарегистрировались и осуществляют деятельность в Удмуртской Республике. Поэтому здесь у нас есть тоже дополнительные точки роста.

Григорий Глухов, ИА «Сусанин»: Есть ли уже понимание, какие инвесторы хотят придти в Удмуртскую Республику?

Александр Бречалов: Ну, во-первых, то, что нам удалось сделать, и инвесторы пришли. Понятно, что это не миллиарды. Мы подписали соглашения о проведении спортивных мероприятий. Я могу ответственно заявить, что во всем мире спортивно-событийный туризм по соотношению вложенных денег с полученной прибылью – это одна из наиболее высокомаржинальных сфер. То есть для того, чтобы организовать марафон, нужно потратить не больше 10 млн рублей (это примерно на 10 тысяч человек), а в городе остаётся в сухом остатке 20 млн плюсом. Это, естественно, от бизнеса, от малого бизнеса, от обслуживающего и так далее.

Пройдусь ещё сейчас по списку, что у нас будет. 23-24 декабря этого года – международный лыжный марафон им. Г.А. Кулаковой. В августе у нас будет в Воткинске: в первый день заплыв, во второй день триатлонный старт «ТИТАН». Соответственно, в сентябре у нас будет забег «Добрых дел», а 9-10 февраля 2018 года – первые старты любительского биатлона. Это очень перспективное направление, это первый шаг. У нас сейчас ведутся переговоры – мы не будем их заранее анонсировать – но, я думаю, что мы линейку спортивного событийного туризма будем развивать. Это то, что уже сделано.

У нас есть небольшие победы, когда предприниматель из Сарапула был готов перерегистрироваться в промпарке «Алабуга» в Татарстане. Мы встречались с ним, переговоры вели. Это хороший перспективный проект. Я не буду сейчас детали озвучивать. Мы его оставили, и здесь глава города Ессен Александр Александрович соответственно включился. Один из первых глав МО, который волну поймал, провели ряд мероприятий и предпринимателя оставили.

У нас есть сейчас около двадцати проектов на входе. Но вы понимаете, это не кофе попили и пошли делать станки, это процесс. Мы стараемся работать в очень агрессивном и активном режиме, не откладывая куда-то далеко. Повестка очень широкая, я повторюсь, от 500 тысяч рублей вход до плюс бесконечности. Вот около двух десятков проектов есть. Но пока о них говорить рано. Буквально после 15-16 мая мы ожидаем приезд нескольких интересантов на мощности ВПК, потому что не у всех заполнены производственные площади. Работаем.

Юлия Мокрушина, ИА «SM-News», поинтересовалась, как ведётся работа по подготовке и проведению юбилея М.Т.Калашникова.

Александр Бречалов: Я провёл переговоры с вице-премьером Дмитрием Рогозиным в Москве две недели назад. Мы проводим анализ наших первоначальных предложений. Безусловно, это одно из ключевых мероприятий на ближайшие годы. Мы провели инвентаризацию всех проектов, подход к ним. И, предварительно, 25 мая здесь состоится первое заседание оргкомитета под руководством господина Рогозина.

17 мая мы проводим совещание. Есть уже понимание, наброски, что будем просить у бюджета РФ, а что будем делать сами. Скажу, что мы отошли от первоначального варианта, когда абсолютно на все объекты (99 процентов) наши предложения формулировались как «дайте деньги – мы отреставрируем, построим, отремонтируем». Сейчас мы сильно изменили подход, потому что понятно: к тем объектам, на которые мы просим деньги и которые находятся в государственной собственности, там не только возможно, но там точно будет формат государственно-частного партнерства. Взять тот же имущественный комплекс Ижмаша, начиная от заводской башни, конечно, там прекрасная логистика, центр города, и с учётом того, что у нас нет ЭКСПО, мы уже сейчас прорабатываем его на тему привлечения инвестора в этот проект.

Вот, повторю, две ключевые пока даты: 17 мая – внутреннее рабочее совещание здесь, 25 мая – оргкомитет.

Снежана Ляпнева, сайт «Деловой квадрат»: Что можете сказать по реконструкции Ижевского аэропорта, включена ли она в план мероприятий? И на сколько изменилась требуемая сумма для реализации проекта по празднованию 100-летия М.Т. Калашникова?

Александр Бречалов: Сумма изменилась. Я не могу сейчас точно сказать. У нас есть ответ: «Нет» на 20 млрд. Посмотрев наш подход, я могу честно вам сказать – он неправильный.

Про аэропорт – в моём перечне эта задача в топ-3 входит. Почему, потому что удобная логистика с линейкой ценовой шире, чем у Ижавиа – это ключ к развитию, безусловно. Опять же, взлётно-посадочная полоса в собственности государства находится, а аэропортовый комплекс – у Ижавиа. С учётом того, что мы получили ответ от Минтранса России, что финансирование реконструкции перенесено на более поздний срок (то есть планировалось: в 2017 мы делаем проект, в 2018 году начинается, а в 2019 – окончание, а нам перенесли на 2019-2020 гг.), у нас есть понимание, что мы не должны и не можем ждать.

Опять же 17 мая мы с Савельевым и Городиловым проведём совещание. Скорее всего, начнём работы все-таки в этом году, по крайней мере, по проектированию. Потому что без проекта мы дальше двигаться не можем. Я готов на себя взять риск дальнейшего хода проекта и привлечения средств в разных формах. Есть концессия аэропортового хозяйства и так далее. Я сейчас не буду углубляться. Но то, что мы, на мой взгляд, не должны ждать, когда нам профинансируют ремонт взлётно-посадочной полосы – это точно. Сроки более конкретные и точные я не буду называть. Единственное «но»: 100-летие Калашникова и аэропорт… надо посмотреть на Постановление Правительства, которое определяет, к каким памятным датам и на что может Федерация давать деньги. Там нет капитальных строений. И это, конечно, наша первая ошибка. Надо было внимательно посмотреть.

Андрей Сенченок, ИА «Интерфакс»: Три такие «болевые точки», куда вы ездили, Балезино, Симониха, Малая Пурга (Кечево). Как развивается там ситуация? Какие решения приняты? В частности, по Балезино, есть ли дорожная карта уже со сроками?

Александр Бречалов: Спасибо. Один из главных моих принципов, которых я придерживаюсь в работе: если есть проблема граждан «здесь и сейчас», то её нужно решать здесь и сейчас, а не перекладывать, создавая бесконечные поручения, планы и так далее.

Давайте начнём с Симонихи. Алексей Серебренников здесь находится. Только что мы провели совещание. Совещание было спровоцировано его постом в социальных сетях. Во-первых, спасибо. Надо открыто вести эту работу, чего я и придерживаюсь. С другой стороны, там были такие нюансы, по которым я решил всё-таки ещё раз собрать и обсудить.

Первое по Симонихе: мы ту текущую сложную ситуацию решили, вы знаете. И обеспечили продовольствием, медицинским обслуживанием, и полиция, и так далее.

Работа и сейчас ведётся. Всё оказалось не так односложно, не так, как говорили жители. Потому что, несмотря на то, что мы выделили не двух, а пять юристов для оформления документов, часть граждан так и не приходят и не проявляют инициативу. Позиция такая: вы нам все должны, ну а мы вот для того, чтобы оформить свои права и так далее, делать ничего не хотим. Есть те, которые занимаются активно. Алексей всё это держит на контроле. Поэтому сейчас оформление происходит. Ведётся капитальный ремонт двух домов: крыша, проводка ... Мы сейчас будем решать по питьевой воде. Сегодня поручения даны. Но то, что уже будут отремонтированы те дома, которые у меня просили, – это факт.

Что самое главное: в результате этой истории родилась у нас первая в республике местная, муниципальная программа по переселению из ветхого аварийного жилья. Если вы помните, я совещание проводил прямо в Сарапуле и попросил коллег выйти за рамки, обозначенные федеральным законодательством, и перестать ждать федеральных денег, когда продолжится эта программа. У людей проблемы сейчас, и мы их должны стремиться сейчас решать. Ессен меня услышал, они предложили свой вариант, а именно, нашли общежитие, целый этаж которого не используется. Посчитали, сколько средств нужно. Средства будут найдены. Там будет частичное софинансирование. У нас будет возможность переселить 16-18 семей.

Другой вопрос, что у нас тут появляются ещё такие ситуации. Семья – мама, папа, три ребёнка живут в комнате 32 квадратных метра. Я главу попросил: «Вот такие кричащие ситуации – решай тут же». Нашли трёхкомнатную квартиру. 32 метра и 64 метра! Они туда сходили, посмотрели и сказали: «Нет, нам не нравится. Соседи не те, ремонт надо делать». Алексей, это факт? Район не тот, и так далее. Послушайте, я такую ситуацию поддерживать не буду, и спекулировать на этом ни в коем случае нельзя.

В общем, у нас есть все основания, что в этом году 18 как минимум семей получат жильё. Подход правильный – не просто вам в общежитии комната. Да, ещё один очень важный вопрос. Определять тех, кого будут переселять, будут на общественном совете. Чтобы люди видели. Чтобы не было потом, кого он там – брата, свата и так далее… Это очень важно – открытость в этом процессе. И уже, когда определят список, тогда будут приходить в это общежитие и делать ремонт под каждую семью, в зависимости  от количества людей и так далее. На мой взгляд, результат абсолютно конкретный и понятный. То, что это будет, это да.

И ещё. У нас там было поручение – ставка медицинского работника на дому. То, о чём написал Алексей, что этого не будет. Только что нам предъявили приказ – ставка включена. У них там будет вот эта женщина, которая там живёт. Мы платить будем деньги ей. Потом у Алексея можете узнать, сколько конкретно, я поручил, но точно это будет платно. Обеспечат необходимыми медикаментами. Если я ничего не забыл, то по Симонихе мы всё, что обещали, выполнили.

Балезино – это самый главный сейчас проект. Вы знаете, что там происходило за последние годы: арест, арест – беда за бедой. Мальчик разбился, играл, обрушение крыши дома культуры, отравление воды и огромное количество обращений, касающихся проблем с доступностью медицинского обслуживания.

Вы знаете, я ввёл пилотный формат антикризисного управления из центра. Из 10 министерств Правительства УР по одному сотруднику были направлены туда. Они неделю там жили и работали. Задача была получить исчерпывающую карту проблем района. Она есть. Я вам всю не смогу озвучить – она длинная. Я просил сегодня на аппаратном совещании посмотреть сайт Балезинского района, там эти карты вывешены. Если они не читаемы, не понятные, давайте обратную связь – мы будем дорабатывать.

Для чего нам нужна была эта карта проблем? Чтобы, во-первых, честными быть с людьми, информировать их о том, что мы знаем о проблемах и готовы их решать, и когда эти проблемы будут решаться.

Начну, пожалуй, с медицины. Вы знаете, что непосредственно посёлок большой, там живут 16 тысяч человек, он разделён на две части железной дорогой. И получается, что в одной части поликлиника осталась, в другой части её ликвидировали. У нас почти 8 тысяч человек не имеют такого оперативного доступа – я не имею в виду скорую помощь – в относительной шаговой доступности к медицинскому обслуживанию.

Это, кстати, была одна из причин, почему я уволили министра. Когда я спросил его: вы сами-то ногами ходили? Там километр всего! – был ответ. Так вот там не километр, три, почти четыре километра из одного района «Девиз» и три километра из другого. Прошлись ножками наши коллеги – час! Это здоровый мужчина. Потому что это не по прямой, это через переход. Можно представить, сколько зимой будет идти пожилой человек или женщина с ребёнком.

В общем, я не буду «расплескиваться»: чего там и как там было. Итог: микрорайон «Лесобаза», где я побывал непосредственно, – мы либо стационарный ФАП сделаем, либо выделим передвижной ФАП, что, возможно, будет для них более интересным. Потому что до стационарного все равно нужно идти, а передвижной ФАП может по обозначенным точкам по графику ездить. То есть человек может из любой точки к нему придти. Таким образом, у нас там 16 населённых пунктов небольших по району он может даже охватить. Это первое. То есть, в микрорайоне «Лесобаза» медицинский пункт будет. Второе – если на «Лесобазе» проживает 2 670 человек, то в районе «Девиз» проживает 8 299 человек. Там ФАПа недостаточно. Либо будет кабинет врача общей практики, либо два ФАПа. Мы разные модели смотрим.

Что интересно, с Александром Свининым мы прорабатываем сейчас модель государственно-частного партнёрства. И уже есть интерес. О чем идёт речь? Частная клиника несёт затраты по организации (там нет частной клиники, там в «Девизе» есть стоматологический кабинет). Соответственно мы можем им помочь подыскать пространство либо в строящихся домах, либо как-то иначе, соинвестирование строительства. Как оказалось, и в кабинете врача общей практики, и в ФАПе есть определённый набор медицинских услуг, которые они могут оказывать. Все эти услуги у нас, естественно, проходят по ОМС. А получается, оказывается, так по закону, что частная клиника, оказывающая эти услуги, тоже получает из бюджета средства. Сначала меня коллеги убеждали, что это копейки. Мы помоделировали с предпринимателями – им эти копейки интересны. Поэтому возможно и там, и там будем пробовать модель ГЧП. Наверное, нам это сэкономит серьезные деньги.

То о чём я сейчас говорил, это не запланировано ни в бюджете Балезинского района, ни в бюджете Удмуртской Республики, но мы это сделаем. В этом году два эти района посёлка будут с медицинской помощью. Это уже точно, и финансовые средства найдем.

Питьевая вода. Жаль, что мои коллеги раньше не обращали на это внимание, но могло бы оказаться так, что с 1 июня у жителей района не было бы воды. Потому что заканчивался контракт с арендатором сетей. Мы дали соответствующие поручения. Я уверен, что договор будет переподписан. И необходимые меры, в том числе по анализу состояния фильтров очистных, будут сделаны, и питьевая вода в районе будет. И мы, естественно, не можем допустить такой ситуации, какая была с отравлением. Там очень серьёзные были проблемы.

Но в целом, долгосрочно, конечно, эти меры, которые мы сейчас обсуждаем, они не решат проблему с питьевой водой. Необходимо проводить серьёзную очистку дна реки Чепца. Здесь я недоволен работой правительства, потому что цифра называется от 150 до 450 млн. Я дал соответствующие поручения, мы всё это обсчитаем и включим в план первоочередных задач. Наверное, будем просить, в том числе, софинансирование и какие-то иные формы искать, но, условно, в ближайшие два года у нас другого пути нет. Мы должны эту проблему решить. Это что касается питьевой воды.

У нас обрушение в деревне Падера. То, что там произошло, это безобразие. Слава Богу, никого не убило. Плоская крыша, давно всем было понятно, но ждали: упадёт – не упадёт. И опять, как заклинание, - «денег нет». Мы восстановим Дом культуры в деревне – это однозначно. Тоже форма – будем искать. Денег на это, как обычно, нет, но что-то мне подсказывает, что деньги найдём.

Дальше, там была серьёзная проблема с электроснабжением в посёлке. Вот существующая схема – она не обеспечивала качественное электроснабжение. В частности, когда через станцию Балезино электропоезд проходит, получается серьёзный скачок, вылетает оборудование и так далее, и так далее. Достаточно серьёзная проблема. Мы её до 1 октября 2017 года полностью решим, дополнительный кабель протянем, там 500 метров, и вопрос этот точно решим.

У нас есть проблема с очистными сооружениями на заводах в посёлке Балезино. Сумма серьёзная, пока нет решения, но точно в 2018 году она будет закрыта. Мы хотим её сделать, решить в 2017 году, но на это дополнительно нужно время.

И еще из приоритетных: уличное освещение – проблему точно кардинально решим. И Школьная, дом 17, где я был, соответственно – там будет проведён ремонт, замена стояков, канализации. Посмотрим, что там сделано с полами, но точно преобразим дом. Ситуацию мы, так или иначе, закроем.

Это первоочередные проблемы. Есть более серьёзные, у нас есть участок дороги, который осенью, зимой и особенно весной в половодье невозможно вообще проехать. (Карсовай – Сергино – прим. ред.). У нас, получается, 1800 человек отрезаны от цивилизации. Я не могу сейчас вам дать решение. Потому что мне там такие предлагали: и бревна поперек класть, как в 18 веке. Занимаемся этой темой. Она требует большего погружения.

По подходу: точно, что такое управление Балезинским районом – путь верный. Потому что там сейчас кадровый коллапс. Мы будем продолжать также заниматься этим районом. Будем подключать другие районы. Сейчас скажу про Балезино. Это будет первый муниципальный район, где главу будут выбирать не из числа депутатов, а по решению комиссии. Для этого мы в ближайшее время объявим конкурс. Он будет открытый, касаться он будет всех, кто видит в себе талант, способности, возможности. Но мне очень хочется, чтобы тот человек, которого комиссия выберет, он понимал, что не вот тебе дали кусок огорода – снимай урожай, а что это долгосрочная перспектива, минимум три-пять лет. Чтобы из района, в котором всё сыпется, сделать стабильный район, с комфортным проживанием и с какой-то перспективой. Поэтому в ближайшее время объявим конкурс. У нас есть грамотные, интересные управленцы на уровне сельских поселений. Я думаю, что мы сможем найти человека амбициозного, заряженного на такой вызов.

Ну и последнее. В Балезинский район я скоро приеду, буду собирать бизнес. Для чего? Конечно, с предпринимателями нужно выстраивать партнёрские отношения. Сейчас у нас с этим есть проблемы. Вот у нас около поликлиники нет остановки, ждали, когда глава включится. Теперь оказывается, что всё это можно сделать, и все быстро бегают. Знаете, как нашли решение по остановке? Частника нашли, зашли в магазин и сказали, что нужно остановку сделать. Но как бы он не очень к этому как-то относится. Понимаете. Но вот этот подход точно надо ломать. У нас нормальные люди, они готовы сообща что-то делать, но только когда ты их партнёр, а не когда ты их нагибаешь. Поэтому я буду общаться с предпринимательским сообществом, будем думать, какие мы вопросы, проблемы сможем совместно решить. То, что я осветил, это огромное количество задач – школы, там ремонт крыш. И я это хочу обсудить с бизнесом. Ну и некоторые объекты я перепроверю, что касается Балезинского района.

Ну и Малопургинский район, закончим им. Там есть уголовные дела в отношении главы и ее заместителя. Почему так? Была дана неделя на принятие решения, но не все меня поняли. Начали доказывать отчаянно, что кто-то виноват, но не строители и не местная власть. Так не пойдёт. Тренировать главу и Правительство на эту тему не нужно. Все ответственные понесут соответствующее наказание. Выявленные нарушения будут исправлены до 1 сентября. Любовь Евдокимовна Евдокимова, преподаватель музыки в детсаду Малой Пурги зимой уже будет жить точно в других условиях. Человек 38 лет отдал работе. Рассказывает, что когда её 38 лет назад в район приглашали – обещали жильё. И вот дали. Там вообще произошло безобразие, граничащее с цинизмом и бесчеловечностью. У людей в общем было неплохое жильё, их насильно переселили. Прежние дома снесли, и один из участков (под ними – прим. ред.) передали бывшему заместителю председателя правительства. Сейчас мы эту информацию проверяем. Очевидно, что Малопургинский район ожидает такой же подход, какой был применён в Балезинском районе. Мы сейчас там будем проверять все проблемы. И уже понятно – со временем там надо менять главу.

Евгений Зайнуллин, «Коммерсант в Ижевске»: Прежде во время общения с журналистами, уже в новой должности, вы не стали отвечать на вопрос об участии в выборах на пост Главы Удмуртии. Сегодня вы готовы ответить? Заявить об участии?

Александр Бречалов: Нет. Еще немного рано думать об этом. Абсолютно серьёзно, здесь много дел и вопросов. И мы с внутриполитическим блоком ещё до этого не доходили. Давайте чуть подождём. Понятно, что как-то я в этом процессе буду участвовать, так как мне до 10 сентября здесь работать в качестве временно исполняющего обязанности. Но абсолютно честно говорю – никакого решения не принял. У нас каждый день то 10 гектар сгорело, то дети отравились в «Дружбе». Но Вам первому отвечу, я запомнил.

Игорь Бобров, ИА «Удм-Инфо»: С самого начала вы говорили, что в Удмуртии необходимо переформатировать работу дорожников. Что за месяц удалось выявить, какие новые форматы будут использоваться? И, конечно, вопрос по Камскому мосту, который тоже достался вам в наследство?

Александр Бречалов: Давайте с Камского моста. Буквально на прошлой неделе мы провели совещание с представителями концессионера, банка ВТБ. Молчанов Юрий Александрович приезжал. Главное резюме – есть все основания считать, что к 17 июля объект будет введён в эксплуатацию. Решает ли это полностью проблему? Конечно, нет. У нас остаются вопросы тарифообразования, по которым нет сиюсекундного решения. Мы этой проблемой занимаемся. Она комплексная – не просто про мост, но и про развитие экономики, и про многое другое. Одно ясно, что только форс-мажор не позволит ввести мост по графику. Проект становится очень тяжелым и для республики, и для концессионера. У нас есть мнение, как выходить из ситуации, но пока его рано озвучивать. 17 июля, если мы с министром транспорта Максимом Юрьевичем Соколовым введём его в эксплуатацию, тема моста не закончится.

Что касается дорог и транспорта, я в начале разговора сказал, что есть проблемы. Не только в силу уголовных дел и событий, которые были с предыдущим Главой, но ровно потому, что есть обоснованные претензии в отношении местных дорог. Потому что у нас федеральные дороги отличные, региональные – на очень хорошем уровне, более 85 процентов соответствуют нормативам. Но местные дороги в очень-очень плохом состоянии. Есть большая протяжённость дорог, по которым вообще невозможно проехать. Как в Балезинском районе – 12 км, которые не преодолеть даже на спецтехнике, а это 1800 человек отрезаны. Поэтому – казначейское сопровождение всех контрактов. Это первое. Второе: предприятие «Удмуртавтодор», генеральный директор Корепанов. Он в отпуске, из отпуска уже на работу не возвращается. Заявление написано. Это ключевая организация, которая выигрывала большой объем контрактов. Более того, в этой структуре ещё масса других. Мы занимаемся этим вопросом глубоко – сейчас проводим анализ не только деятельности министерства, но и непосредственно работы всех компаний, которые ответственны за вопросы – от поставок песка и щебня до укладки и разметки. У нас наработано много материала, не в формате уголовно-процессуального кодекса, это не моя компетенция. Во что мы упёрлись – кадры. У меня нет сегодня решения, чтобы привлечь в эту отрасль специалистов, которые бы делали современные дороги, рачительно относились к бюджету. Вернее, есть, но я пока над этим работаю. Но то, что могу сказать точно: мы уже держим под контролем те контракты, которые были разыграны, налаживаем сейчас службу закупок. В частности, в ближайшее время передадим ее в Минфин, и у нас появится заместитель министра финансов, который будет организовывать и курировать закупки. Я предполагаю там существенную экономию средств, особенно в направлении дорожного хозяйства. Я провёл анализ: в 2016 году закупки прошли так гладко и красиво, что экономия составила 0,14 процента от начального контракта. Есть решение – буквально в днях, но надо немного подождать. При этом хочу отметить ещё раз, что региональные дороги в хорошем состоянии. Но при этом – за какую цену они делались, за какую цену проводятся ремонты. У нас есть взаимоотношения с Минтрансом России – и они не очень хорошие. Мы не исполнили, как у нас водится, соглашения с Российской Федерацией – пришлось вернуть более 800 млн рублей. Сейчас пытаемся получить обратно. Всё это показывает непрофессионализм людей, которые у нас управляли отраслью.

Александр Бикузин, ТРК «Удмуртия»: На встрече с лидерами НКО Вы сказали о строительстве этнодеревни. Где она будет?

Александр Бречалов: Да. Спасибо. Одна из моих ключевых встреч была с национально-культурными объединениями. Первое. Мы договорились с лидерами НКО, что будем встречаться раз в две недели. То есть это такой открытый общественный совет, открытый оргкомитет.

Вопросов очень много. Республика многонациональная. Как мне там на встрече сказали, есть пять титульных наций. Но нам важны не только пять титульных, но и любой человек, проживающий на территории Удмуртии.

Прекрасный Дом дружбы. Классно, удобно, комфортно. Почему возникла идея об этнодеревне? Я был в некоторых регионах, в частности, в Калужской области. «Этномир», я считаю, это некая квинтэссенция межнациональных отношений. Очень простой, не по реализации, а по подаче, понятный проект. Представители каждой национальности, проживающие на территории Удмуртской Республики, могут воссоздать свой быт на этой территории через дом, через постройки, через какое-то убранство, через мероприятия. Я думаю, вы знаете, что такое «Этномир», рассказывать не стоит.

Идея была поддержана. Где это будет? 20 числа мы будем обсуждать. У нас совещание в Лудорвае с НКО в субботу. Я надеюсь, что приедут представители реализованного проекта «Этномир». Приглашу Юрия Александровича Тюрина. Посмотрим, обсудим, где строить: в Ижевске, рядом с Ижевском или где-то в другом месте.

Помимо того, что это, как я уже сказал, квинтэссенция межнациональных отношений, это ещё и элемент событийного туризма, и бизнес, очень хороший бизнес. Посмотрите, как это в Саратове сделали. Но самый лучший проект – калужский. Там и гостиничный комплекс, и прочее. Это серьёзные инвестиции.

Не буду говорить о времени реализации проекта, потому что это зависит не только от меня, но и от наших сообществ, национально-культурных объединений. Они должны быть заинтересованы и в активном участии, и в том числе – в каком-то частичном софинансировании.

Ольга Чураева, телеканал ТНТ-Ижевск: Вы призвали чиновников активизироваться в социальных сетях. Это только призыв или Вы как-то контролируете этот процесс?

Александр Бречалов: Должно быть всё шаг за шагом. Невозможно перезагрузить человека. И это не является самоцелью. Надо понимать, что активность в социальных сетях нужна не ради самой активности. Это элемент открытости. Я с самого начала сказал, что деятельность чиновников всех уровней должна быть максимально публична и открыта. Тогда у людей будет меньше вопросов. Но не все готовы переключиться. Я, если честно, не сильно сейчас слежу за этим. Вообще не сильно слежу за соцсетями. Только то, что сам успеваю запостить. Не буду скрывать, что часть контента ведёт другой человек, вы видите – график плотный, но этот контент формирую я. Однозначно.

Надо сказать, что Екатерина Волкова, которая недавно была назначена руководителем пресс-службы, только формирует пока новую пресс-службу. Семь человек в пресс-службе Удмуртской Республики (из них два фотографа прекрасных) – это несерьёзно. Конечно, штат будет увеличиваться. При этом сразу оговорюсь, без общего расширения. У нас есть перекосы, там в представительстве в Москве человек тридцать, по-моему. Я думаю, чем же они занимаются. Точно будет сокращение.

Мы будем больше штатных единиц добавлять Екатерине. У нас появятся профессионалы в SММ, которые не будут пинать чиновников, а будут модерировать эту повестку: как это делать, какой контент. Сейчас нет в KPI количества постов, лайков и так далее. Ни в коем случае. Я дал посыл. Не самый приоритетный для меня вопрос. Кто-то услышал. Некоторые начинают чудить. Там портрет вешать... Смотрю, у некоторых уже котики появляются. Мы рады за котиков, но лучше всё-таки свою работу показывать. А все эти перекосы – лучше вообще ничего не делать.

Алексей Каркин, журнал «Своё дело»: Все вопросы, о которых Вы говорили, упираются в кадры. Это и в районах, и в отраслях. Где будет брать людей?

Александр Бречалов: Отличный вопрос. Спасибо. Для этого нужно время, чтобы понять, кто есть здесь. Убеждён, и это не дежурное слово, здесь очень много талантливых людей, в том числе – управленцев. К сожалению, не факт, что все они работают в правительстве. Я так скажу: в правительстве есть много профессиональных людей. Вот сейчас команда правительства по Балезино отработала профессионально. Глубоко, с выкладками, с выводами. Наконец, просто начали думать, откуда ещё деньги брать, не только из бюджета.

Тем не менее, до этого системной работы с кадрами не велось. У нас нет реального качественного кадрового резерва. Это большая проблема, потому что у нас помимо 25 муниципальных районов и 5 городских округов, есть ещё поселения, есть агентства, министерства и так далее. И проекты есть.

Я знакомлюсь с людьми и с удовольствием замечаю, что у меня уже есть мысли о вовлечении в эту работу всё большего и большего числа людей, которые сейчас не задействованы. Думаю, говорить или не говорить... Я сегодня сделал предложение, нет, не сегодня, а чуть ранее, сегодня мы утвердились, Алексею Серебренникову. Вот он «допрыгался», «дореволюциинировал». Не будем пока говорить, о чём идёт речь, но, на мой взгляд, достаточно серьёзная позиция.

Вопрос с кадрами за один месяц не решить – это точно. Задача первая – провести некую инвентаризацию, с кем мы можем работать. Именно поэтому в том числе мы будем объявлять конкурсы. Конкурс замещения вакансии главы Балезинского района проведём через комиссию.

Но если говорить глобально, 10 сентября это плюс для того, кто станет Главой республики, нужна стратегия в этом направлении. Это одно из ключевых направлений.

Об обучении. Обучении управлению и государственному управлению. И маркетингу, и многому другому – в общем, весь курс. Где это делать? Конечно, здесь уже есть некая ступень, градация. Люди подготовленные могут и в Сингапуре учиться. Люди, делающие первый шаг, могут учиться здесь.

Проблема есть, в данный момент она очень острая. В частности, у меня есть потребность сделать серьёзные изменения в структуре дорожного хозяйства. Но вот мгновенно это сделать не могу именно по той причине, о которой вы говорили. Но в перспективе трёх-шести месяцев проблема решаемая.

Алёна Селезнёва, ИА «Удмуртия»: Расскажите, пожалуйста, о программе «Наставничество».

Александр Бречалов: В этом зале мы общались с теми, кому небезразлична судьба подростков. У нас 16 детских домов, 11 мест, где люди отбывают наказание в виде лишения свободы – почва не самая благоприятная для молодёжи. У нас около двух тысяч детей, которые ожидают формата наставничества.

3 июня мы запускаем этот проект. Он, по сути, очень простой. Вот я являюсь наставником. У меня есть трудные подростки, которых я сопровождаю в жизни. Что это такое? Это не только и не столько момент, когда они находятся в детском доме или специальном учреждении. Я в основном занимаюсь с теми, кто уже совершил правонарушение, кражу, разбой, угрозу убийством, они помещены в спецучреждение. Так вот это не только шефство там – там они с коллективом. Более важно быть рядом, когда люди выходят оттуда. Рецидив больше 80 процентов. Человек, вышедший из этого учреждения, через месяц, два, три возвращается в него. Для него среда агрессивная, недружелюбная, она его не понимает и не принимает. Поэтому важно в этот период его сопровождать.

Очень здорово, что в Удмуртии есть много людей и компаний, которые профессионально занимаются этой проблемой. Я и с главой МВД Александром Сергеевичем Первухиным переговорил, у него есть свой проект. Будем работать.

Возврат к списку